freilina (muzhiloga) wrote in knigi_ru,
freilina
muzhiloga
knigi_ru

Categories:

Явление новосоветского: вышла в свет «Книга живых» Александра Лапина

Несколько лет назад воронежский прозаик Александр Лапин начал писать серию прозаических произведений «Русский крест», объединенных общими героями и сюжетными линиями. И советским прошлым: детство – отрочество – юность.
На днях вышел завершающий (по словам самого автора) том цикла: сборник «Книга живых», куда помимо политического триллера «Суперхан» вошли повесть «Роман и Дарья» и притча «Вирусы», густо замешанная на фольклоре камчатских аборигенов.
Что объединяет эти тексты, помимо того что герои их родом из советского детства? Рассказ о том, как живет типичный советский/постсоветский человек, автор облекает в литературную форму, предполагающую некую интригу: чем же дело кончится?
Вот, скажем, завязка к «Вирусам». К Владимиру Озерову, камчатскому охотнику ительмену (коренная камчатская народность), промышляющему приемом туристов, возжелавших эксклюзивного экстрима, приезжает на постой гость. Это наш соотечественник, но прямиком из Италии, которая уже охвачена пандемией (дело происходит примерно год назад). Через несколько дней жена охотника тяжело заболевает. У нее все признаки новой инфекции, надо доставить ее в город в больницу, но проснулся вулкан, вертолеты не летают. И Озеров везет жену за многие километры в госпиталь на собачьей упряжке, преодолевая разнообразные препятствия, чинимые природой и людьми, и ведя диалог с самим собой и миром.

Или возьмем «Романа и Дарью». Иеромонах Анатолий, бывший следователь госбезопасности и подполковник спецназа, приезжает в донскую станицу заменить тяжело заболевшего главу местного прихода. Он практически с ходу венчает молодых людей, заглавных героев повести, и неожиданно оказывается в центре драматических и даже трагических событий: выясняется, что семьи Романа и Дарьи давно и крепко враждуют еще со времен Гражданской войны, когда один род был за белых, другой за красных. У каждого вроде была своя правда, да и вообще сто лет прошло, все быльем поросло, пора бы уже как-то дальше жить. Но – не забудем, не простим. Рассказчик весьма убедителен в изложении крепкой любовно-триллерной фабулы (отсылающей, понятное дело, к «Ромео и Джульетте») и создании атмосферы напряжения, когда, читая выдуманную историю о выдуманных людях, не имеющих к тебе никакого отношения, всерьез начинаешь переживать за них.
По сути, перед нами готовые сценарии фильмов, а то и сериалов: внятно рассказанные истории, симпатичные персонажи, с которыми легко себя идентифицируешь и сочувствуешь им, много действия, реалистичность деталей и вообще всего происходящего.
Пишет Александр Лапин в традиционной манере, близкой к крепкому очерку, с тщательно прописанными героями и мотивировками их поступков, вниманием к деталям, остроумными композиционными рифмами (запретная любовь Романа и Дарьи – запретная любовь священнослужителя). Возникает полное ощущение (сегодня при чтении отечественной литературы нечастое), что писатель знает, о чем рассказывает, не с чужих слов, идет ли речь о заседании в провинциальном суде, деталях быта казахстанской номенклатуры или современных ительменов, устройстве собачьей упряжи или подробностях православного обряда.
Хотя при всей подчеркнутой традиционности и основательности Лапин может и рискованно пошутить в постмодернистской манере: так, монаху, формально не нарушившему целомудрия и обета безбрачия, предстоит стать отцом, а мать его будущего ребенка зовут Марией… В пересказе это может показаться хулиганской аллюзией на евангельские сюжеты, но в самом тексте выглядит вполне чинно-благородно и художественно оправданно.
Любовь любовью, шутки шутками, но вся эта история в целом для автора, посвятившего повесть деду, кубанскому казаку, – повод поразмышлять о судьбе казачества в ХХ веке и шире, о жизни страны вообще. Так, экскурсы, посвященные историям из жизни казаков, занимают порою целые страницы, и это не кажется чужеродным и искусственным…
Роднит составившие сборник произведения еще и философский мировоззренческий посыл. Сформулировать его можно примерно так: прошлое (даже самое давнее), настоящее и будущее страны не противостоят друг другу, а вытекают одно из другого. Советское и несоветское вполне можно примирить, как, например, примиряет родных Романа и родных Дарьи их общий ребенок.
Можно сколь угодно долго сокрушаться о распаде страны, которой нет уже тридцать лет, или, наоборот, бурно радоваться тому, что уже практически ничего советского в нашей жизни вроде бы не осталось. Только вот жизнь показывает и доказывает, что советская матрица оказалась чрезвычайно устойчивой и несмотря ни на что воспроизводит себя и в наши дни. Мы по-советски думаем, служим в армии, ходим на работу, болеем за своих на олимпиадах и чемпионатах мира, чествуем ветеранов, спасаем людей во время эпидемии – в общем, живем.
Не случайно станица, в которую монах и воин Анатолий Казаков едет исполнять свой долг, называется Новосоветская.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments